Суфизм: его последователи отвращают людей от Корана и Сунны и размышления над ними под предлогом того, что мы не способны осилить их и понять. Они говорят: «Мы не понимаем Коран, потому что Благородный Коран – Слова Аллаха (Высок Он и Велик), и мы не понимаем хадисы, потому что они – слова Посланника (да благословит его Аллах и приветствует). Мы лишь маленькие и невежественные люди, и не достигли такого уровня, чтобы нам понимать их. Откуда же нам понять их? И наша обязанность, когда мы читаем Коран, читать его просто для получения награды или же читать его мертвому или на могиле, а не для того, чтобы размышлять над его смыслом и не для того, чтобы черпать оттуда знания. Это не для нас. Это сделали и избавили нас от трудностей этого наши имамы и ученые прошлого. Они извлекли из него знания, записали их в книги и облегчили нам дорогу. И нам не осталось ничего иного, кроме как следовать по пути, проложенному ими для нас. Зачем же нам после всего, что они сделали – а как много они сделали! – взваливать на себя трудности и пробивать новую дорогу для себя, особенно учитывая, что мы не достигли нужного положения и не имеем всего необходимого для этого?

Ахлю-с-Сунна: говорят, что эти слова суфиев – козни Шайтана и цветистые речи, с помощью которых они добиваются отвращения людей и отдаления их от Корана и хадисов, и размышления над их смыслом, чтобы мусульмане остались на своем невежестве в отношении религии, и суфиям легко было распоряжаться их умами. На это попались слабые мусульмане. Они поверили им и стали совсем невежественными в отношении Книги Аллаха и Сунны Его Посланника (да благословит его Аллах и приветствует). Потому что когда мусульманин отдаляется от Книги Аллаха и Сунны Его Посланника… И не читает их иначе, как за плату, или мертвым, и не размышляет об их смыслах, и не действует в соответствии с ними, то он невежествен в религии и не замечает козней Шайтана и обманов кяфиров. И он не знает ничего о видах ширка и нововведений (бид’а), и ему сложно уберечься от Шайтана и его козней, и от ширка и бид’а, и он впадает в них, не зная этого, как это произошло с суфиями, которые в них погрязли.

Поистине, Аллах ниспослал Коран людям, чтобы они читали его, и размышляли над его смыслом, и поняли его, а затем действовали в соответствии с его указаниями, и вставали на верный путь под его руководством, как мы уже сказали об этом в прошлой главе. И Сам Аллах сообщил нам о цели ниспослания им Своей Книги во многих аятах, среди них: «Алиф. Лям. Мим. Это Писание, в котором нет сомнения, является верным руководством для богобоязненных» (Корова, 1-2).

Понимание людьми Корана, постижение ими его и познание его смыслов отличается в зависимости от человека. И понимание некоторых простых людей, например, не такое, как понимание Абу Бакра и ‘Умара или понимание Абу Ханифы и аш-Шафи’и (да помилует их Аллах). Однако это не значит, что Абу Бакр и ‘Умар или Абу Ханифа или аш-Шафи’и могут читать Коран и понимать его, а тем, кто не равен им в этом, нельзя

делать это. Такого не говорил никто из людей. Напротив, все люди могут читать Коран, размышлять над его смыслом и стараться понять его. И они должны действовать в соответствии с тем, что поняли, а о том, что вызвало у них затруднения, или они его не поняли, следует спросить тех, кто обладает большими знаниями. Или обратиться к толкованию Корана (тафсир), поскольку книги по тафсиру созданы для облегчения понимания смыслов Корана для нам подобных. Что же касается полного отказа человека от размышления над Кораном и попыток понять его смысл под предлогом, что мы его в принципе не понимаем, то это – обман и козни против мусульман. Чтобы они были отрезаны от источника получения их религии, то есть от Корана и Сунны, которые оставил Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) нам после своей смерти.

От того, кто желает понимать Коран, также не требуется заканчивать университет или академию или иметь научный диплом или докторскую диссертацию. Аллах упрекнул многобожников-курейшитов за их отказ от размышления над Кораном. Сказал Всевышний: «Неужели они не размышляют над Кораном? Или же на их сердцах замки?» (Мухаммад, 24).

Курейшиты не обучались наукам и не изучали искусства, и не были выпускниками университетов, и академий. Более того, большинство из них не умели читать и писать. Они были просто арабами, которые знают свой язык, и Аллах дал им такое понимание и мышление, что если бы они захотели и поразмышляли над Кораном, они бы его поняли. Однако они не захотели, и не размышляли над ним, и не поняли его. И упрекнул их Аллах за их отказ размышлять над ним и уподобил их тем, на чье сердце был повешен замок и закрыл его.

И каждый, кто следует по стопам курейшитов и подражает им в своей позиции относительно Корана и в своем уклонении от него, попадает под определение аята, и ему не принесут пользы слова: «Поистине, я мусульманин, и я не из числа многобожников-курейшитов».

Я говорю эти последние слова, потому что суфии нашего времени привыкли каждый раз, когда мы приводим им аргумент из Корана против их действий, являющихся ширком, говорить: почему вы приписываете к нам аяты, которые были ниспосланы в связи с многобожниками-курейшитами?»

А после установления этого становиться понятно, что если бы размышление над Кораном и постижение его целей было невозможным для многобожников-курейшитов и для нам подобных, Аллах не потребовал бы от них этого и не стал бы упрекать их за оставление его. Поскольку с точки зрения разума и Шариата невозможно, чтобы Аллах требовал от Своего раба того, на что он не способен, как сказал Всевышний: «Аллах не возлагает на человека сверх его возможностей» (Корова, 286), а затем упрекал его за оставление этого. Отсюда следует, что размышление над Кораном и понимание его смыслов – дело возможное, и это требуется от каждого, у кого есть такая возможность, и оно не ограничивается имамами и теми, кто обладает подобными знаниями.

И мы не утверждаем, что понимаем Коран на том же уровне, на котором понимал его Абу Бакр и ‘Умар, или Абу Ханифа и аш-Шафи’и. Конечно же, наше понимание намного меньше. Мы подобны тем, кто плывет в море по направлению от берега, и если они отплыли от берега на километр, например, то мы отплыли лишь на пять метров, или чуть больше, или чуть меньше, в зависимости от наших способностей и одаренности. И может

ли кто-то сказать здесь: «Если ты не умеешь плавать так, как аш-Шафи’и, то вообще не приближайся к морю?».

Поистине, Коран – это море, не имеющее берегов. Знания, заключенные в нем, бесконечны. И никто из людей не достигает его предела. Даже если появятся сотни и тысячи имамов, никто не сможет сказать, что они охватили все знание, заключенное в Коране, и больше ни для кого ничего не осталось.

Мы видим, как сегодня ученые извлекают из Корана множество удивительных значений, тайн, указаний и разнообразных чудес, о которых не упоминается в старых книгах по тафсиру. Например ‘Абду-ль-Маджид аз-Зиндани – сколько он написал брошюр и сколько записал кассет на тему чудес Корана, связанных с наукой, которые были приняты и имели большой спрос в научных кругах, не только среди мусульман, но и среди кяфиров тоже. И сколько людей приняли Ислам с его подачи из тех, с кем он вел дискуссии и обсуждал коранические науки. А если бы аз-Зиндани занимал такую же отрицательную позицию по отношению к Корану, разве случилось бы все это? Конечно же, нет.